Размер:
Цвет:

"Луговской - второй Берлин" (Ссыльные немцы в поселке Луговской). Терентьев Михаил. 10 класс МБОУ Ханты-Мансийского района СОШ п. Луговской.  

Муниципальное бюджетное образовательное учреждение Ханты-Мансийского района 

«Средняя общеобразовательная школа п.Луговской»

  

Тема работы: «Луговской – второй Берлин»

(Ссыльные немцы в поселке Луговской)

Автор: Терентьев Михаил Сергеевич, 17 лет, 10 класс,
Муниципальное бюджетное образовательное учреждение Ханты-Мансийского района «Средняя образовательная школа п.Луговской»,
 

Руководитель: Белова Елена Сергеевна, учитель истории
Муниципальное бюджетное образовательное учреждение Ханты-Мансийского района «Средняя образовательная школа п.Луговской»,
 
 

п. Луговской, 2019г.

Введение

      Моя малая родина – поселок Луговской Ханты-Мансийского района ХМАО-Югры. Это поселение, возникшее в 1930 году, стало местом ссылки для немцев Поволжья и немцев Закарпатья. Первыми сюда попали представители немецкой национальности из республики немцев Поволжья в 1941 году, когда началась Великая Отечественная война. Немцы Закарпатья были высланы в 1946 году после окончания Второй мировой войны. По данным переписи населения Тюменской области за 1949 год Самаровский район числился как наиболее населенный ссыльными (их насчитывалось 4280 человек) [1], а поселок Луговской в народе называли вторым Берлином, здесь повсюду была слышна немецкая речь. Ссыльные немцы с большим трудом и с любовью осваивали этот суровый край, а после смерти И.В.Сталина большая часть из них уехала в Германию. Некоторые предпочли остаться в Луговском и до сих пор живут в нашем поселке со своими детьми и внуками.

Цель исследовательской работы – изучить состав немецкого населения и условия жизни ссыльных немцев, их вклад в развитие хозяйства на территории Луговского поселения. Для достижения поставленной цели необходимо было решить следующие задачи:

- познакомиться с исторической литературой, освещающей тему политических репрессий в ХМАО-Югре;

- обратиться к ресурсам сети Интернет для изучения документов о причинах высылки немцев с родных мест проживания на Обской Север;

- проанализировать сведения о составе ссыльных немцев п.Луговской (количество, возраст, образование, профессия), содержащихся в 58 фонде Государственного архива Югры;

- записать и систематизировать воспоминания жителей п.Луговской -представителей немецких семей Неб, Горбас, Гольцбергер, Прайнсбергер;

- изучить архивные документы Тюменского управления внутренних дел (справки о признании пострадавшими и справки о реабилитации ссыльных немцев, хранящихся в архивах этих семей).

         Все это необходимо, чтобы больше такой трагедии – наказания ни в чем не виновных людей - в нашей истории не повторилось. Событиям далекого прошлого дана справедливая оценка в трудах историков. Сборник исторических документов «Политические репрессии 1930-1940-х годов в воспоминаниях и личных документах жителей ХМАО» (Ханты-Мансийск, 2002 год)[2] на основе субъективного восприятия подробно освещает историю политических репрессий в Югре. Издание 2003 года «Самаровский край. История Ханты-Мансийского района»[3] содержит сведения о трудных условиях жизни, в которых оказались ссыльные на территории нашего района. В статье Н.Загороднюк «Роль спецпереселенцев на Обском Севере» (журнал «Югра»)[4] подчеркивается особая роль и значение деятельности спецпереселенцев в ссылке, их огромный вклад в развитие ХМАО, в становление местной промышленности и сельского хозяйства.

         В Государственном архиве ХМАО отложились документы, включающие сведения о спецпереселенцах немецкой национальности, попавших в 1946 году по распоряжению властей в поселок Луговской. Анализ материалов, содержащихся в ГАХМАО (фонд 58, опись 1, дело 47а «Списки спецпереселенцев - немцев, направленных на работу в Белогорский лесозавод за 1946 год» и «Акты приемки-передачи ссыльных немцев за 1946 год»)[5] дает представление о масштабах ссылки и содержит краткие сведения о составе семьи ссыльных. Учетные карточки, которые заводились на каждого ссыльного (они хранятся в Музее Природы и Человека, а электронные копии есть в музее нашей школы), также дают ценные сведения о немцах-спецпереселенцах. »[6]

«Ничто не может дать такого ощущения прошлого, как встреча с живым его свидетелем», считал К.Паустовский. Встреча с пострадавшими от политических репрессий немецкими жителями поселка Луговской Н.К.Неб (Кузиной), М.Б.Прайнсбергер (Ефременковой) и запись их воспоминаний дает возможность внести определенный вклад в пополнение источниковедческой базы данной темы.

 

Основная часть

1.                Немцы Поволжья в поселке Луговской

         Начиналась история немцев Поволжья в России еще в 18 веке при императрице Екатерине II. Она пригласила сюда переселенцев из германских государств   для освоения территории Нижнего Поволжья.

После 1917 года они получили территориальную автономию — АССР Немцев Поволжья. Наступившая Великая Отечественная война отделила жителей республики от остальных граждан Советского Союза.
В августе 1941 года было принято решение, согласно которому началась депортация поволжских немцев. Их ссылали в Среднюю Азию, опасаясь сотрудничества с наступавшим вермахтом. Вместе с депортацией произошло упразднение Автономной Республики немцев Поволжья. На территорию АССР были введены части НКВД. Жители получили приказ в течение 24 часов собрать немногочисленные разрешенные вещи и подготовиться к переселению. Всего было выслано около 440 тысяч человек.[7]
         Моя бабушка - Кузина Нина Константиновна - родилась в 1953 году. Это был рубежный год в истории нашей Родины. 5 марта 1953 года умер И.В. Сталин, и закончилась трагическая череда политических репрессий в СССР. Нина Константиновна была одной из многих, кто пострадал от преследований по национальному признаку. Её отец принадлежал к поволжским немцам. В нашем семейном архиве хранится старая фотография, где можно увидеть большую семью Неб, разлученную в годы репрессий. Родственники смогли встретиться в 1960 году в городе Акмолинске (Казахстан).

         Моя бабушка рассказывает, что её отец Неб Константин Давыдович родился в 1929 году в селе Гусенбах Саратовской области. Когда ему было 3 года, семья переехала в город Энгельс. В семье было пятеро детей, и они рано лишились отца. В 1941 году всю семью по национальному признаку депортировали в Тобольск, а через полтора года отправили еще дальше на Север в Белогорский Затон. В справке о реабилитации указано основание применения репрессии – Указ ПВС СССР от 29.08.1941 г. и вид репрессии – спецпоселение. По воспоминаниям нашей родственницы Букатиной Л.А., местные жители встретили переселенцев настороженно, говорили между собой: «Немцев рогатых везут». Первое время жили в бараке, продукты получали по карточкам. Жили бедно, голодали. Константин работал до совершеннолетия на лесозаготовках, а потом стал кузнецом. Он принимался за любую работу: ковал подковы, скобы, могильные оградки. Впоследствии за многолетний добросовестный труд и в честь 50-летия Советской власти кузнец Константин Давыдович Неб был занесён в Книгу Почёта Белогорского ДОКа. В 1948 году похоронили маму. В 1950 году Константин Давыдович женился на Марии Кузьмовне Холодиловой (она работала на лесозаготовках). У них родилось 6 детей, среди которых была моя бабушка Нина Константиновна. Она вспоминает, что семья смогла построить свой дом. Он был средних размеров, но всегда уютный и чистый. Была прихожая, где стоял большой стол и скамьи, зал, кухня и комната. В доме была русская печь. Хозяйство в семье было большое, держали коров, овец. Также занимались обработкой большого огорода. В хорошие урожайные годы выкапывали более 300 ведер картошки, садили морковь, лук, свеклу, огурцы и т.д. Дети очень много помогали родителям: вместе с ними с раннего возраста ходили на сенокос (у них были маленькие деревянные грабли, чтобы убирать сено), занимались рыбалкой, иногда ходили в сосновый бор за земляникой. Детский сад не посещали, так как в семье была бабушка Анна Филипповна, которая и присматривала за детьми. Она очень хорошо шила, почти вся одежда для семьи была изготовлена ею. Мама любила вязать.        Архивная справка, выданная Информационным центром УВД Тюменской области, свидетельствует, что на основании Указа ПВС СССР от 13 декабря 1955 года семья Неб с учета спецпоселения снята 7 января 1956 года и из ссылки освобождена (основание – архивное дело №32164). В 1964 году семья Неб переехала в посёлок Луговской, чтобы моя бабушка, не разлучаясь с родителями, могла продолжить своё образование в Луговской школе. Бабушка уже плохо знала немецкий язык и свои национальные обычаи, так как отец предпочитал не вспоминать своего происхождения и не рассказывать детям о ссылке, которую ему пришлось пережить.[8] Неб К.Д. получил документ о реабилитации 29 апреля 1995 года на основании ст.3 Закона РФ от 18 октября 1991 года «О реабилитации жертв политических репрессий».[9]

2.         Немцы Закарпатья в поселке Луговской

         В июне 1945 года в Москве было подписано соглашение о вхождении бывшей Подкарпатской Руси в состав УССР. Таким образом, произошло присоединение к УССР в результате принятия Первым Съездом народных комитетов Закарпатской Украины постановления «о воссоединении с Советской Украиной». Но на этой территории издавна проживали и немцы. Приказом №0060 от 22 декабря 1944 года предусматривалась насильственная депортация всего мужского от 17 лет и женского от 18 до 30 лет населения немецкой национальности, «так как они могут препятствовать насаждению советского строя в Закарпатье».[10]

        Послевоенную этническую ссылку в Ханты-Мансийском округе «открыли» эти немцы, проживавшие ранее в Закарпатье. Большинство из них работали в ссылке на предприятиях лесной промышленности. В Государственном архиве ХМАО отложились документы, включающие сведения о спецпереселенцах немецкой национальности, попавших в 1946 году по распоряжению властей в поселок Луговской. Прожив в ссылке два десятилетия, они оставили заметный след в истории поселка. Анализ материалов, содержащихся в ГАХМАО (фонд 58, опись 1, дело 47а) дает представление о масштабах ссылки и содержит краткие сведения о каждом из спецпереселенцев. Лист №9 свидетельствует, что ссыльные поступали партиями, и их принимал сам директор завода:

         «Акт 1946 года 14 июня произвели сдачу и приемку рабочих спецпереселенцев Закарпатской Украины (по прилагаемому списку - 28 человек). Директор Белогорского лесозавода Наумчик П И.»[11]

         В посемейных списках спецпереселенцев леспромхоза за 1946 год, работавших в Белогорском лесозаводе, обозначены их фамилия, год рождения, степень родства, национальность, образование, судимость, специальность, в каких армиях служил, место рождения и социальное происхождение.

       Всего в этом перечне - 661 человек. Эта цифра свидетельствует о больших масштабах репрессий. Место рождения у всех высланных –Закарпатская Украина (с.Немецкая Мокра и с.Русская Мокра, находившиеся рядом и разделенные горой). Самым пожилым человеком из этого списка был Плакингер Валентин Антонович 1869 года рождения. Ему было 77 лет на момент высылки. Самым молодым был Гольцбергер Конрад 1946 года рождения (грудной ребенок). Ссылали семьями, количество детей в семье в среднем было 4-5. Уровень образования спецпереселенцев в основном был 6-8 классов. Все ссыльные должны были трудиться, освобождались от работы   только по причине старости, инвалидности, по болезни (например, слепота), многодетные и женщины с грудными детьми. В графе «В каких армиях служил» можно увидеть, что некоторые ссыльные служили в Венгерской и Чехословацкой армиях. Ссыльные, работавшие на лесозаводе, имели следующие специальности: бондарь, рамщик, завсклада, столяр, рабочий, бригадир, электромонтёр, плотник, каменщик, сапожник, пилоправ, мастер. Одна из высланных была по специальности акушерка. Акты приемки и передачи спецпереселенцев показывают, что часть из них отправлялась из Лугового в другие места ссылки для работы на Красноленинском лесопункте. Назымском участке и Березовском леспромхозе. Но, на каком бы участках они ни трудились, везде ссыльные немцы отличались добросовестностью и дисциплиной. Относительно высокая зарплата позволяла спецпереселенцам со временем организовать подсобное хозяйство (разводили коров, свиней, птицу), они получали новые квартиры от завода.

         Немцы подавали пример и в обустройстве быта, их дома выделялись аккуратностью и чистотой, в усадьбах устраивали коптильни, где изготавливали домашнюю колбасу. Адаптировавшись к местным условиям, ссыльные немцы по-своему привязались к поселку Луговской, и, когда в конце 60-х годов 20 века им разрешили выехать в Германию, многие остались здесь. Среди них были Ефременкова (Прайнсбергер) Мария Балашовна, Носкова (Горбас) Мария Францевна, Терентьева (Гольцбергер) Клара Кальмановна, предоставившие свои воспоминания для школьного музея.

Воспоминания Ефременковой (Прайнсбергер) Марии Балашовны

«Родилась я в 1942 году в Закарпатье, по национальности – немка. Отца забрали на войну (я впервые увидела его в Германии, когда мне исполнилось 35 лет), мать осталась одна с тремя детьми на руках, вскоре она заболела тифом. В июне 1946 года немцев Закарпатья стали ссылать в Сибирь. Мать отправили первой, а дети поехали позже. Добирались сначала поездом до Тюмени, там состав был остановлен в тупике. Сестра Марии случайно увидела свою мать, лежащую в подвале с обритой головой. Вскоре мать умерла, детей хотели отдать в детский дом. Но родственники (дядя Антон Антонович Прайнсбергер и его жена Мария) решили взять меня на воспитание. Когда приехали в Луговской на поселение, то немцев здесь было очень много. Семьи немцев были религиозными, детей заставляли молиться и работать. Поселились в бараке, который стоял на месте клуба, а затем сгорел. Тротуары в поселке были очень высокими, так как его постоянно топило. Одежды и обуви у ссыльных не было. Вязали из шерсти носки, обшивали их полусукном и одевали на ноги. Жили голодно, но когда тетя Мария ходила на разделку рыбы, добытой рыболовной бригадой, то ей разрешали брать внутренности рыбы домой. Это был для нас праздник! Сами немцы навыка ловить рыбу не имели. Картофельные очистки не выбрасывали, а употребляли в пищу. Ставили петли для ловли птиц. Таким образом, кормились и выживали. Я сначала посещала детский сад, а в 1949 году пошла в школу. Немецким детям родители не разрешали вступать в пионеры, участвовать в мероприятиях. Несмотря на это, к нам в школе относились хорошо, никаких оскорблений не было. Когда умер Сталин, всем ученикам было сказано сшить траурные повязки. После 1953 года жить стало легче. Я начала работать на лесозаводе».[12]

Воспоминания Терентьевой (Гольцбергер) Клары Кальмановны

«Родилась в 1934 году в Закарпатье, с. Русская Мокра. В семье было ещё четверо детей. Когда началась война, всех немцев стали вывозить в Германию. Помню бомбёжки, всю войну помню, было страшно. Когда закончилась война, мне было 11 лет, наши родители решили вернуться на родину. Но, наверное, не нужно было возвращаться, мы просто не знали, что нас ждёт. Дома наши позанимали гуцулы, нас дразнили «фашистами», мальчиков наших били, по ночам нападали банды. Все были очень напуганы. В 1946 году немцев стали отправлять на Север. Сначала нас привезли в Тюмень, есть было нечего, у нас была кой-какая одежда, ещё привезённая из Германии, я бегала по городу и меняла одежду на продукты. Потом нас отправили дальше на Север в Берёзово. Здесь нас расселили в холодные бараки, не было ни дров, ни еды, Многие умерли с голоду, болели. Я потеряла там брата, он простыл, заболел туберкулёзом, вылечить его не смогли, мы не смогли даже его похоронить. Местные жители ханты сначала сторонились нас, мы их тоже боялись, потом помаленьку начали общаться, готовить рыбу, собирали ягоды, выживали, как могли. Я рыбачила далеко от родных, всякое бывало, и голодала и мёрзла, работали в любую погоду, на нас не смотрели и не церемонились. Потом работала с отцом в лесу. Вышла замуж. В 1956 году, когда кончился надзор, семья наша переехала в Октябрьский район (рейд Алёшкинский). Здесь уже стали держать скот, появились свои продукты. В 1959 году, когда всех немцев стали отпускать в Германию, родители мои, сёстры и братья уехали, а я была замужем за русским, поэтому осталась. Переехала в п.Луговской и работала до пенсии на лесозаводе».[13]

Воспоминания Носковой (Горбас) Марии Франциевны

«Родилась в 1938 году в Закарпатье. В семье были мать, отец, я и два брата. Война для нас началась в 1939 году. Семья вместе с другими жителями была вывезена в Германию, в лагерь. Когда война закончилась, стали собираться домой, вернулись в Закарпатье. За время нашего отсутствия дома заняли гуцулы. Они стали писать во все инстанции, что прежние жители были в Германии. В апреле 1946 года в пять часов утра п. Немецкая Мокра был разбужен, всем приказано собираться, взять с собой одежду. В деревне стоял крик и плач. Репрессированных погрузили в эшелоны и повезли в Тюмень, где целый месяц мы прожили в здании школы. Затем начали отравлять на Север. Семья Горбас попала в Луговой. Трудно было приспосабливаться на новом месте, ничего, кроме одежды, не было. Многие из ссыльных умирали с голоду. Вещи меняли на продукты. Постепенно все высланные стали работать, заводить скот. Я вышла замуж за русского и осталась в Луговом, когда другие немцы возвращались в Германию».[14]

Заключение

Поселок Луговской Ханты-Мансийского района ХМАО-Югры стал второй родиной для многих высланных сюда в 1941 и 1946 годах немцев. Архивные документы и устные рассказы спецпереселенцев свидетельствуют, что масштабы репрессий по национальному признаку были большими. Документы о реабилитации подтверждают невиновность высланных. Условия, в которых оказались ссыльные немцы, были суровыми. Прожив в ссылке два десятилетия, они оставили заметный след в истории нашего поселка. Ссыльные немцы своим потом и кровью поднимали, улучшали эту землю. Они добросовестно работали на Белогорском лесозаводе, заводили приусадебное хозяйство. Их трудолюбию и аккуратности учились русские.

       Массовое освобождение из ссылки началось в 1953 году после смерти И. В. Сталина, но спецпереселенцы немецкой национальности оставались в нашем поселке. Из воспоминаний Николаевой Р.Н. «1964 год. Я приехала работать учителем математики в Луговскую школу. Поселок понравился, приятно удивили тротуары, новый ДК, электричество, поразила немецкая речь. Фамилии с трудом выговаривала – Мильденбергер, Прайнсбергер, Кенигсбергер».[15] Только в 70-е годы 20 века ссыльные смогли вернуться на историческую родину – в Германию. Немало их потомков и сейчас проживает в поселке Луговском. Каждый год 30 октября они приходит на митинг к памятнику жертвам политических репрессий, возлагают цветы и зажигают свечи в знак уважения и памяти о своих больших и дружных семьях, вынесших трудные испытания. Историю не исправить, но можно восстановить справедливость и законность, чтобы ни одно событие, ни одна судьба не были забыты. Я надеюсь, что молодое поколение луговчан сохранит эту традицию памяти, и лучшие качества наших предков будут служить нам жизненным ориентиром.

 

Ссылки

1.     «Листая страницы прошлого»//Газета «Наш район»,18.12.2003г.

2.     «Политические репрессии 1930-1940-х годов в воспоминаниях и личных документах жителей ХМАО». Ханты-Мансийск, 2002 год.

3.     «Самаровский край. История Ханты-Мансийского района». Тюмень, 2003 год.

4.     Н.Загороднюк «Роль спецпереселенцев на Обском Севере». «Югра» №10 октябрь 1996 года, стр.34-35.

5.     ГАХМАО, фонд 58, опись 1, дело 47а «Списки спецпереселенцев - немцев, направленных на работу в Белогорский лесозавод за 1946 год» и «Акты приемки-передачи ссыльных немцев за 1946 год».

6.     «Учетные карточки спецпереселенцев-немцев» (электронные копии, Школьный музей п.Луговской).

7.     http://fb.ru/article/248778/povoljskie-nemtsyi-istoriya-familii-spiski-foto-traditsii-obyichai-legendyi-deportatsiya

8.     Воспоминания Кузиной (Неб)Н.К. Школьный музей п.Луговской

9.     «Архивная справка о высылке семьи Неб на спецпоселение от 29 апреля 1995 года» Семейный архив Неб Н.К.

10.                       https://ru.wikipedia

11.                       ГАХМАО фонд 58, опись 1, дело 47а, лист 9.

12.                       Воспоминания Ефременковой (Прайнсбергер) М.Б. Школьный музей п.Луговской.

13.                       Воспоминания Терентьевой (Гольцбергер) К.К. Школьный музей п.Луговской

14.                       Воспоминания Носковой (Горбас) М.Ф. Школьный музей п.Луговской.

15.                       Воспоминания Николаевой Р.Н. Школьный музей п.Луговской.

 

Список источников

1.      ГАХМАО, фонд 58, опись 4, дело 47а. «Списки спецпереселенцев - немцев, направленных на работу в Белогорский лесозавод за 1946 год» и «Акты приемки-передачи ссыльных немцев за 1946 год».

2.      «Учетные карточки спецпереселенцев-немцев» (электронные копии, Школьный музей п.Луговской).

3.      Справки о реабилитации, архивные справки из Информационного центра УВД по Тюменской области.

4.      Воспоминания пострадавших от политических репрессий по этническому признаку жителей посёлка Луговской.

Приложения

1.     Список спецпереселенцев-немцев, работающих в Белогорском лесозаводе Самаровского района на 1 июня 1946 года.

2.     Учетная карточка Горбас Барбары

3.     Акт приёмки-передачи рабочих-спецпереселенцев Закарпатской Украины от 27 июня 1946 года.

4.     Справка о реабилитации Неб Константина Давыдовича от 29 апреля 1995 года.












Опубликовано: 21.06.2019 10:36        Обновлено: 21.06.2019 10:38